Сказка – ложь, да… не всегда

Невероятные и волшебные истории о любви издавна передавались из поколения в поколение у всех народов мира. Многие в них верили безоговорочно – мудрость таких сказочных повествований была нешуточной: при простом содержании в сказках таилась истина, становившаяся очевидной на самых что ни на есть простых сюжетных поворотах. Традиционно в них противопоставлялось добро и зло, милосердие и жестокость. Слушатели и читатели узнавали, что жизнь – это череда решений, поступков и стремлений, и даже когда положение кажется безвыходным, вера в лучшее обязательно приведет к желаемому. Одно время считалось даже, что того, кто знает, что такое сказка – не обманешь!


Текст Гранислава Данилова    Фотоматериалы Shooting Stars / Warner Bros.

Режиссерский дебют «оскароносного» сценариста Акивы Голдсмана – романтический фильм-фэнтези «Зимняя сказка» (The Winter’s Tale) словно создан, чтобы поспорить с теми, кто считает, что не бывает в наши дни чудес на белом свете.

Питер Лейк – изумительный вор, но однажды случается так, что обворовывают его самого, и крадут самое главное и ценное – сердце. Обаятельная воровка неизлечимо больна, и украденное придется вернуть через считанные дни. За ней уже пришла смерть, и не в привычном исполнении, а в ничем не примечательном человеческом обличье по имени Пёрли Сомс. Женщина  – по‑прежнему сказочное создание, и придется стать волшебником, чтобы удостоиться её любви. Тем более, что при всех своих бесконечных возможностях и разочарованиях именно это чувство ведет нас по жизни. Именно оно делает человека человеком.

Фильм, как и положено волшебству, повествует о невероятной любви, невообразимом перекрещении судеб и противостоянии добрых персонажей со злом.

Картина играючи перемешивает реальность и тот невидимый, за гранью понимания, но неотделимый от нас мир. В этом вполне реалистичном мире есть место не только для искренности, но и для магии, а некоторые люди здесь живут удивительно долго: кто во имя любви, кто во имя мести.

Лента, созданная по роману Марка Хелприна, представляет собой эпическую сказку для взрослых – сказку с небывалой атмосферой, где реальность обретает единение с волшебством на фоне векового периода из жизни Нью-Йорка.

Акива Голдсман, сценарист, режиссёр и продюсер, рассказывает нам о том, как замечательная и ни на что непохожая история о любви обрела жизнь на экране.

Акива Голдсман и Колин Фаррел

Когда Вы впервые прочли «Зимнюю сказку» Марка Хелприна? Что в ней так привлекло Вас и почему захотелось снять по ней фильм?

Я прочел книгу, когда учился в старших классах школы. Вырос я в Нью-Йорке. Люди называли этот роман любовным посланием Марка Хелприна Большому Яблоку. Это очень красивая история для жителей города. Но самым главным и важным для меня является магический реализм. Этот жанр достаточно редко встретишь в американской художественной литературе, ещё реже он появляется в американском кино. Сочетание реальности и волшебства, которые просачиваются сквозь «раствор кирпичиков реальности», вот, что по‑настоящему волнует меня и вызывает интерес. Это очень увлекает. Помимо этого, и, возможно, самое главное – это превосходная история о любви. Она дает новое представление о чувствах, делая невозможное возможным. Если вы романтик, да к тому же ещё и сентиментальны, а я именно такой человек, очень сложно не поддаться очарованию этой истории.

Вы называете роман любовным посланием Нью-Йорку и, совершенно очевидно, сами очень любите этот город. Расскажите о «внешнем виде» фильма и превращении Нью-Йорка в мистический город.

Конечно, я влюблен в Нью-Йорк! Изумительные визуальные компоненты фильма – это работа высококлассных мастеров. Всё было в руках оператора Калеба Дешанеля, который просто живописец света, и художника Наоми Шохан. Я уже работал с ней до этого пару раз. Она чрезвычайно творческая личность. Майкл Каплан, художник по костюмам, также великолепный профессионал своего дела. Мы вместе создавали мир, который совершенно не соответствовал исторической действительности. Наш Нью-Йорк существует на экране в течение 15‑летнего периода, а это большой исторический срок. Но мы нарочно делали его таким, чтобы вызвать особые чувства и выявить течение времени в городе, а затем появиться в настоящем, на сегодняшнем Манхэттене.

Поскольку я житель Нью-Йорка, то для меня этот город является персонажем. Это один из тех городов, которые в фильме играют не меньшую роль, чем главные герои. С правильным освещением и небольшой толикой удачи, он «играет» так, что уходя из кинотеатра домой, вы заберете его с собой. Я очень сильно этого хотел. У Марка в романе это прекрасно получилось. Надеюсь, что и у меня тоже. Этот город живет в сердцах всех ньюйоркцев и других людей, которые любят его. У каждого он свой, основательный и удивительный. Именно поэтому мне так сильно хотелось показать его облик на экране, что было непросто. У нас не было большого бюджета, но все работали. По разным причинам – кто‑то с желанием помочь, кто‑то из любви к песням, шуткам или веселью. Зима в Нью-Йорке тогда была ужасной. Снимать было и тяжело, и удивительно интересно одновременно.

Когда началась работа на съемочной площадке, с какими трудностями пришлось столкнуться, и что особенно сильно хотелось перенести из книги на экран?

Любая книга – это гораздо более сложный и глубокий объект, что двухчасовой фильм. А в этой книге вообще почти тысяча страниц, что, конечно, не идет ни в какое сравнение с 120 страницами типичного сценария. Поэтому мне пришлось решать, что можно и нужно оставить, а чем можно пожертвовать. Это типичная работа при адаптации книги и написании сценария. В книге, например, присутствует персонаж по имени Хардести Марратта, в фильме он не появляется вообще. Мы убрали из истории этот огромный кусок, его просто нет. Другими словами, я оставил только то, что нашло во мне наибольший отклик. А моё воображение помогло придать истории окончательный вид и форму.

История главного персонажа, Питера Лейка, проходит сквозь время и объединяется с невероятным любовным сюжетом. Почему Ваш выбор пал на актера Колина Фаррела?

Питер и Колин просто созданы друг для друга, если можно так выразиться! Колин очаровательный, сильный, добрый и открытый человек, немного проказливый и плутоватый. С ним чувствуешь себя спокойно, быстро и с удовольствием идешь на контакт. Мне показалось, что Питер должен быть таким же. Они, как камертон. Очень хорошо друг с другом резонировали. Кроме того, Колин замечательный актер. Мы уже на протяжении многих лет «кружились» вокруг друг друга с желанием поработать вместе.

Джессика Браун-Финдли – изумительная молодая актриса. Как Вы натолкнулись на неё, и как ей удалось воплотить образ своей героини Беверли Пенн?

В отличие от Колина, который был самым первым нашим выбором, о котором мы говорили, с Джесси всё было гораздо труднее и сложнее, потому что мир, в котором живет её героиня, является центром истории. Если бы Беверли не «светилась», если бы вы не полюбили её сразу, с первых минут, то фильма просто не было. Она должна была быть неизменной и во время жизни, и во время смерти на экране, чтобы удержать зрителя.

Джессика Браун-Финдли

Я прочел фильмографии многих молодых актрис, но когда Джессика вошла в мой офис, она сразу поразила меня своим обаянием и… нахальством. Это очень современный британский ребенок. В ней было что‑то одновременно воздушное, небесное и долговечное, а это довольно странное и прекрасное сочетание качеств. Я попросил её почитать сценарий с некоторыми актерами во время кинопроб. И знаете что? Помимо того, что она утонченная и яркая молодая актриса, она ещё и кинозвезда. Когда камера «видит» её, происходит что‑то особенное, я очень редко встречал такое в своей карьере. Она просто «взрывается» на экране. Вы не можете оторвать от неё глаз. До конца непонятно как это происходит. Это какая‑то химия, карма и эстетика. Когда всё это сочетается, получается откровение.

Когда Джессика и Колин встретились, случилась ли между ними та самая «химия», которая так важна между актёрами на экране?

Да! И слава Богу! Потому что у фильма в буквальном смысле не было не единого шанса, если бы история любви между героями не была столь убедительной. И ведь это любовь с первого взгляда. Её очень легко можно написать, но сыграть на экране  – совсем другое дело. Думаю, что оба актера действительно поняли своих героев и прониклись их образами. Они наслаждались совместной работой друг с другом. Были и взаимная симпатия, и притяжение, которые обычно или есть, или нет. Притвориться в этом смысле абсолютно невозможно. Они оба очень умные и красивые люди, что позволило картине состояться.

И ведь это любовь с первого взгляда. Её очень легко можно написать, но сыграть на экране – совсем другое дело. Думаю, что оба актера действительно поняли своих героев и прониклись их образами. Они наслаждались совместной работой друг с другом.

С Расселом Кроу Вы уже много раз работали в прошлом. Был ли очевиден его выбор на роль Пёрли Соамса?

Да. Роль главного злодея была написана специально для него. Над этим фильмом я работал в течение десяти лет, и особенно последние четыре года. Картина стала для меня единственным, что имело значение. Можно сказать, что состоялась она благодаря собранным мною за последние двадцать лет авансам. Практически все, кто работал со мной, делали это бесплатно. Съемки были сложными, график работы очень плотным. Рассел – мой друг, и это наш четвертый совместный проект. Я работал с ним, когда он снимался в таких лентах, как «Игры разума» и «Золушка-мужчина». Я также работал вместе с Питером Уиром и Расселом над фильмом «Хозяин морей: на краю Земли». Рассел почти всегда играет героические роли. Именно поэтому я хотел, чтобы в моем новом фильме он сыграл злодея. Я знаю, как он владеет речью, знаю, как он может двигаться сквозь «полутона» в плане актерской игры. Поэтому я попытался написать для него роль, которая была бы интересной, помогла раскрыть его «злодейский» потенциал.


Рассел Кроу почти всегда играет героические роли. Именно поэтому я хотел, чтобы в моем новом фильме он сыграл злодея. Я знаю как он может двигаться сквозь «полутона» в плане актерской игры. Поэтому я попытался написать для него роль, которая была бы интересной, помогла раскрыть его «злодейский» потенциал.

Этот фильм – Ваш режиссерский дебют после того, как Вы приобрели известность в качестве сценариста. Как Вам работалось на площадке, а не за письменным столом?

Это был волнующий и, одновременно, ужасающий опыт. Я представлял себе его именно так и, в то же время, всё происходило совершенно по‑другому. Я писал сценарии и был продюсером нескольких картин. Почти всегда при этом я бывал на съемочных площадках и видел, как происходит процесс создания фильма. Снимая сам, я ещё больше сумел понять то, что уже знал, и узнал многое из того, о чем даже не догадывался. Например, о чем я совсем не имел представления, так это, каково быть именно тем парнем, от которого зависит всё, абсолютно всё. Это очень отличается от ситуации, когда ты просто находишься рядом с этим парнем, а не являешься им самим.

Это практически так же, как быть родителем. Самое главное качество. Вне зависимости от того, какое у тебя настроение или настроение у людей на площадке, вне зависимости от того, что они могут сказать тебе или о тебе, необходимо, чтобы ничего не влияло на рабочий процесс, и был достигнут нужный результат.

I agree to have my personal information transfered to AWeber ( more information )
Tags:
1 shares