Семь дней восхождения. Санкт-Петербург

Дорогие друзья, представляю вашему вниманию дневниковые заметки, составленные мною в момент визита в Санкт-Петербург в сентябре 2015 года. Это была незабываемая неделя – я хочу поделиться своими переживаниями от путешествия. Записки сложились в очерк сами собой, и сегодня публикую их неизмененными, я лишь дополнила текст своими стихами последующих лет, чтобы усугубить лиризм момента. Итак.

19-ое сентября 2015
Петербург, набережная

Это был шок. Прости, господи. Он понял меня и простил, потому что ровно на вторые сутки своего пребывания здесь я словно прозрела и вновь возлюбила этот город, «знакомый до слез». 22 года дают себя знать (ровно столько я отсутствовала) – бытие же определяет сознание.

Я на Невском. Шарахаюсь от наплыва населения, плывущего в никуда, но отовсюду под зонтами. И я – под зонтом (в одной руке), с дочкиной ладошкой и сумкой it-bag (в другой). Иду и не понимаю, куда нас несет поток. Обалдеваю от тесного соседства с незнакомыми людьми, в том числе с бомжами «под кайфом» по обе стороны от моего семейного сообщества. Разворачиваю всех своих обратно. Идем в отель. Grand Hotel Belmond. Тоже, надо сказать, сразу по приезде не произвел впечатления. Ожидаемого. Ужинаем. Надеюсь оживить прежние вкусовые пристрастия. Я точно ослепла-оглохла-потеряла обоняние….

Сравниваю себя с существом из зоопарка, вырванным когда-то волею судьбы из условий обитания в среде натуральной. Как теплица моя прекрасна!

20-ое сентября 2015

С утра приятное знакомство. Что заметила еще вчера в аэропорте – приветливые люди. Люди делают этот город. (Я имею в виду настоящих людей.)

Виктория. Женщина-остров. Обслуживала нас за завтраком. Наша! Последняя, как она представилась, из Могикан. Мы приняли это на счёт СССР.

Яркое солнце осеняло весь день, все храмы и дома, лица людей. Центр города был перекрыт во имя марафона (мне не удалось выяснить его идею, но, похоже, таковая имелась).

Санкт-Петербург. Храм Спаса на Крови

Таксист, который нас вез в Лавру Александра Невского (где мы по доброжелательному совету вышеупомянутой Виктории посетили уникальные, особенно намоленные места, которые, по нашему незнанию, не входили в программу до сегодняшнего утра), на мой вопрос, надолго ли перекрыли движение, ответил утвердительно и поведал удивительное его наблюдение: последним замыкающим колонну марафонцев шел старичок с палочкой. Каждые 15 минут его обследовала бригада скорой помощи, медленно ехавшая за ним. «Поэтому, – подытожил водитель, – продолжительность марафона не лимитирована».

Меня осенила некая радость и разлилась на весь остаток дня. Великий город – великие люди!

Картины С. Стародубцева
21-ое сентября 2015

Ночи очень темные, иллюминация приглушена. Или мне так показалось, или это воплощение дизайнерской задумки, дабы обозначить особенно ярко все памятники Санкт-Петербургской культуры, включая мосты, известные здания и монументы, которые озаряются исходящим снизу свечением, что удачно контрастирует с темной ночью.

Александрийский столп на Дворцовой площади

Утро серое. Небо затянуто пеленой облаков. Моросит влажность. А в ресторане на завтрак блины с икрой, шампанское, запеканка со сметаной (последнее из далекого детства). День, насыщенный событиями и новыми встречами, целиком впереди. Желаю ему удачи!

Все идет по плану, правда, с поправками на дочкины нужды.

Ребенок позволить себе может все. И я могу… потакать всем капризам своей малышки. Хочу, чтобы она была счастлива. Будто бы в благодарность за это Марьюшка отдает мне свое детское терпение. Проходит с уважением все предложенные мной тропы на пути к осознанию того, что сегодняшняя этакая мимолетность скольжения по времени оставит незабываемый, глубокий след в памяти ее. Надеюсь на это. Такова причинность нашего путешествия.


Ребенок позволить себе может все.
Невинный, неопытный малый – дите.
Ему ни к чему этикет и приличья.
Он в мире людей на правах еще птичьих.
Где властвует форма и рамки и нравы,
На чувств проявления громкое право
Имеет ребенок – удобно иль нет.
И взрослым сей позы известен секрет.

04.02.2015

Сегодня большой церковный праздник – Рождество Пресвятой Богородицы. Именины моей дочурки. Так совпало, что в день ее ангела-хранителя мы пришли к моему. К Блаженной Ксении Петербуржской. К часовне на Смоленском кладбище, где покоятся мощи святой. Сегодня к ней было паломничество. Нескончаемый поток верующих. Почти все с цветами и молитвами. Лица у всех просветленные. Дождь начался. Но никто не укрывался от его струй, словно на нас снизошло откровение, что с небес течет благодатная манна.

Кто знает, может, так оно и есть.

Часовня Ксении Блаженной
22-ое сентября 2015

Предумышленный город! (Заимствую у Достоевского первое предложение.) Не спонтанный, спланированный когда-то царем для жизни царей. Дворцы, сады, фонтаны, храмы, академии, театры…

Ныне, волею истории, сей город оказался пригоден для простого люда.

Для меня – это город-музей. Проникаюсь духом. Вхожу с уважением, осторожно, словно, боюсь нарушить традиции из-за ветхости их многовековой истории. Прикоснулась к памятным местам…. Прошлась теми же тропами, куда ведут пути туристов со всего мира. Все имена и названия. Названия и имена. И все великие! Знакомые и незнакомые. Петр во главе. И все по очереди Романовы. (Думая о них, об их великости, нельзя не сокрушиться при мысли о том, что судьба милостива к ним не была, как могла бы быть, учитывая царственный статус фамилии. Печаль разливается от осознания несправедливости по отношению к избранным мира сего.)

…Карло Росси, Доменико Треззини, Огюст Монферран…

Не упомнить всех и не счесть имен их: и тех, кто костьми лежит в основании, и тех, кто оставил свой след так или иначе, создавая сегодняшнее лицо Великому городу.

Каким я вижу его сегодня? Повторюсь: музеем. Хранилищем, переполненным печальными историями из жизни Великих людей.

Исаакиевская площадь и памятник Николаю I

23-е и 24-ое сентября 2015 пролетели в плотном и благодатном режиме Эрмитажа и Петергофа. Наш экскурсовод – Владимир Анатольевич – кладезь драгоценной информации, делится ею с нами профессионально: беспристрастно, искусно, проникновенно. Он – сам будто монумент. Монумент памяти великому Санкт-Петербургу. Он сам – будто часть, хоть ветхая, увы, (таковы издержки бытности человеком) нашей Петербуржской программы.

Природа показала нам свое расположение, украсив эти дни радостным солнцем. Все окружающие отметили необычность столь чудесной погоды для этого сезона. Я (так складывается все последнее время: вожу за собой солнце) ощутила избранность, словно это я озарила своим присутствием величественную зимнюю и скромную летнюю резиденции Рюриков и Романовых.

Эрмитаж

Вечера уже одаривали меня, в свою очередь, приятными компаниями петербургской элиты. Кто они – эти люди? Они есть его награда, золотая медаль: образованные и воспитанные в традициях любви и уважения к наследию прошлого.

Я радуюсь им. И вместе с ними. И через призмы их историй смотрю в лицо современному городу. Мне нравится то, что я вижу.

Эрмитаж
25-ое сентября 2015!

Сегодняшний день отметился сюрпризом дважды. Сначала неожиданным откровением, пришедшим из художественного мира Санкт-Петербурга. Ирина Стародубцева. Она сама – трепетный живой источник, заряженный трогательной историей жизни собственной. Но она об этом молчит, лишь ведает со свойственной ей природной скромностью о другой истории, истории ее покойного мужа – художника, эффект присутствия которого непостижимым образом ощущается нами, находящимися рядом с нею. До мурашек. В этом контексте хочется упомянуть о чувстве, величиною в вечность.

Картина «Ирина» С. Стародубцева

Затем еще один прекрасный подарок судьбы. Встреча с замечательным современником – художником Анатолием Анненковым. Я его знаю словно сто лет, хоть встретила воочию впервые.

Вот так судьба преподносит мне сувениры.

Художник Анатлоий Анненков
Картина А. Анненкова

Говорим с Анненковым о разном. Все больше о китайцах. Недоумеваем оба, рассуждая об их хваткости и предприимчивости, непохожести на нас. Он поведал о своих наблюдениях за ними-учениками-художниками, об их необузданном гостеприимстве, обязывающем и опасном для трезвости. Я делюсь, впечатленная его живым рассказом, параллельными воспоминаниями, но уже о прочитанном про китайцев. «Страна вина». Книга – код к пониманию этих странных людей. Признаюсь, что заставила себя ее прочесть пару лет назад (голый реализм вырывал в течение нескольких недель книгу из рук). Но я справилась – интересно было знать, за что же Мо Янь получил Нобелевскую в 2012-ом.

Сожалею, что времени для общения с замечательными людьми мало. Самолет унесет меня в другую жизнь уже сегодня.

Но я уверена (и чувствую это так же реально, как то, что я существую) – этот город да пребудет вплетенным золотой нитью в полотно моей привычной жизни и останется его ярким украшением. Я знаю, что узелки для сплетения будущих живописных его узоров уже завязались.


Птица-тройка, колокольчик..
Завывающая грусть..
Рыщет на путях по-волчьи
Вороньё. Родная Русь!

Холодно, что замирает
Сердце. Лета летаргия.
Разное по миру бают
О моей святой России.

Де морозы да медведи..
Мужиков крутая ругань:
Буки, Еры, Пси и Веди…
Родина, тобой напуган

Мир. Не знает, как сердечны
Колокольчатые звоны,
Азы с Ятями беспечны,
А зайди в избу – иконы.

Богословье, причащенья,
Строгость веры и молитвы,
Всех чужих грехов прощенье
Опосля кулачной битвы.

Вот такая она Русь:
Колокольчик, тройка-птица, —
Не журавль – в руках синица —
Простота, любовь и грусть.

Ксения Окская

Ксения Окская

I agree to have my personal information transfered to AWeber ( more information )
Tags:
0 shares